«Время идет, а человек – терпит». 3 антиутопии, которые стоит прочесть

207
0

Иван Аксинушкин

2020-03-25

Сегодня мы поговорим о книгах, а точнее, об антиутопиях. Если кто-то ещё не в курсе, антиутопия – это жанр, в котором описывается мир, где всячески угнетают и ущемляют личность и разрушить сложившийся порядок вещей почти невозможно. Как правило, речь идет о мрачном будущем или альтернативном времени. Будет интересно тем, кому нравится фантастика, альтернативная история, политика и философия.  


Классические антиутопии:

  • «1984» Джордж Оруэлл
  • «О дивный новый мир» Олдос Хаксли
  • «Мы» Евгений Замятин
  • «451 градус по Фаренгейту» Рэй Брэдбери
  • «Заводной апельсин». Энтони Бёрджесс

Я хочу рассказать про три антиутопии, написанные русскоязычными авторами. У всех их свой стиль и специфика, каждый автор по-своему видит мрачное будущее и предостерегает нас на шершавых страницах своего детища. Что ж, не будем выдерживать долгую лирическую паузу и начнем


Евгений Замятин «Мы», 1920 г.

Начать, безусловно, стоит с замятиновского «Мы». Ведь это классика, это знать надо! Итак, перед нами тоталитарный город-государство, управляемый справедливым Благодетелем. Родившийся в результате разрушительной Двухсотлетней войны режим основывается на учении Тейлора – гениального инженера начала 20-го века. Весь образ жизни людей теперь основывается на технических науках и не приемлющем фантазию математическом мышлении. 

Устройство мира в «Мы» выглядит так:

  • у людей вместо имен теперь «нумера»;
  • сексуальная жизнь по талонам;
  • семьи не существует, каждый может спать с каждым, дети воспитываются государством;
  • жизнь отдельного человека ничего не значит;
  • отсутствие свободы: «Единственное средство избавить человека от преступлений – это избавить его от свободы» - такова философия этого мира.
  • огромная зеленая стена защищает маленький островок цивилизации от нелогичного, несвойственного цифрам безобразия природы; 
  • начерченные будто бы под линеечку проспекты и здания пугают своими масштабами и геометрической безвкусицей. 
Евгений Замятин «Мы», 1920 г.

Однако даже такое вроде бы идеальное общество не может обойтись без карательного аппарата: выполняющие роль тайной полиции Хранители, пыточная Газовая камера и грандиозная машина Благодетеля – устройство, способное превратить любой непокорный нумер в лужицу чистенькой Н2О.

Всецело разделяющий идеологию Единого Государства главный герой работает над проектом космического корабля, созданного для распространения тейлоризма по всей Галактике, и даже не подозревает о том, что где-то за Зеленой Стеной таится другой, неподдающийся точному вычеслению мир, позволяющий человеку быть самим собой, высвобождая пороки, фантазию и страсть... 

Цитата, которая хорошо иллюстрирует будущий мир:

«Плохо ваше дело! По-видимому, у вас образовалась душа».

Роман оказал значительное влияние на Хаксли и Оруэлла. Замятиновские черты очень четко прослеживаются в «О дивный новый мир», который, по моему мнению, дает более полное раскрытие замятиновских мотивов, являя собой самую сильную из классических, и не только, антиутопий. 


Андрей Платонов «Котлован», 1930 г.

Андрей Платонов – писатель первой половины 20-го века, его творчество проходится в 11 классе. Многие критики выделяли его за «оригинальный, не имеющий аналогов в русской литературе язык». Среди известных произведений Платонова:

  • «Чевенгур»;
  • «Котлован»;
  • «В прекрасном и яростном мире»
  • «Фро» и др.

Мы будем знакомиться с его притчей «Котлован». По своему содержанию антиутопия не похожа на предыдущую. Платонов не придумывал свой мир, он смотрел на уже построенную большевиками реальность. Он будто бы хочет сказать нам, что антиутопия не находится в каком-то месте, она в головах. Содержащее сатиру на зарождающееся советское общество произведение так и не было опубликовано при жизни Платонова.

Андрей Платонов «Котлован», 1930 г.Андрей Платонов «Котлован», 1930 г.

Вот характерный для произведения диалог героев

– О чем ты думал, товарищ Вощев?
– О плане жизни.
– Завод работает по готовому плану треста. А план личной жизни ты мог бы прорабатывать в клубе или в красном уголке.

Безнадега времен перехода к социализму чувствуется с первых страниц и сопровождает читателя при описании характеров персонажей и окружающей местности. Не обошлось без описания исторических событий. Действие происходит в годы классовой борьбы, раскулачивания и сплошной коллективизации. Герои неоднократно задаются вопросом, что есть счастье, в чем смысл жизни, существует ли любовь и, наконец, «а что же дальше?». На осколках буржуазных пережитков вдохновленные утописты пытаются построить лучший мир, но наскоро приобретенная вера утрачивается с такой же поспешностью. 

Яркая цитата «Котлована»:

«Главный – Ленин, а второй – Буденный. Когда их не было, а жили одни буржуи, то я и не рожалась, потому что не хотела. А как стал Ленин, так и я стала!»

В своем произведении Платонов предрекает скорую смерть сбившемуся с пути социализму большевиков, на который многие, в том числе и сам писатель, возлагали огромные надежды. Для лучшего восприятия авторского стиля и взглядов самого Платонова советую познакомится с «Чевенгуром» и другими более ранними произведениями. 


Владимир Сорокин «День опричника», 2006

 

Итак, настало время для постмодернистской вишенки на нашем антиутопическом торте. Произведение гораздо моложе двух предыдущих, однако это не делает его хуже, скорее даже наоборот: поднимаются более актуальные проблемы. Действие повести происходит в недалеком будущем в России, которая вернулась к своим имперским корням и теперь представляет собой некий синтез имперского и советского прошлого: с самодержавием, сословным делением и опорой на православие с одной стороны, а также с «железным занавесом» и лютой ненавистью к западной жизни – с другой. 

Характерные черты это мира: 

  • страной правит Государь-Император;
  • возрождена опричнина – тайная полиция времен Ивана Грозного;
  • всевластие карательных органов, прилюдные казни, расправы и порки;
  • отказ от всего западного, самоизоляция;
  • образ жизни и деятельности осуществляется теперь по православным канонам.
Владимир Сорокин «День опричника», 2006


Яркая цитата:

«Государю из Кремля народ виднее, обозримей. Это мы тут ползаем, как воши, суетимся, верных путей не ведая. А Государь все видит, все слышит. И знает – кому и что надобно».

Как раз от лица московского опричника и ведется повествование. Опричники усердно служат Государю-Императору, однако это не мешает им брать взятки и проворачивать коррупционные схемы. Киберпанк и футуризм соединяются с дореволюционными традициями, образуя шизофренический на первый взгляд синтез. Так, например, стрелецкие полки вооружены лазерами, а на служебных машинах опричников красуются отрезанные собачьи головы.  На границе с Западом выстроена Великая Русская Стена, позавидовать которой может даже Трамп вместе с жителями упомянутого в «Мы» Единого Государства.

Главным торговым партнером недавно созданной Империи является процветающий Китай, экономическое и культурное влияние которого распространяется на всю Россию, в особенности на Сибирские регионы, в которых теперь преобладает китайское население. Страна, промышленность которой переживает не лучший период в своей жизни, существует за счет экспорта природного газа в ненавидимую Европу, а также беря мзду с транзита китайских товаров на западные рынки. 

К самым пророческим идеям книги, которые сегодня наблюдаются в РФ уже сейчас, можно отнести:

  • возвышение одного человека над всем народом, аки Государя на Руси;
  • постепенное культурное и экономическое поглощение России Китаем;
  • возрастание роли церкви и церковников;
  • дальнейшая изоляция от западной цивилизации;
  • усиление силовых структур и карательных органов.

Язык произведения включает элементы китайского языка и старославянизмы, создавая особую атмосферу великорусского духа с восточноазиатским налетом. Тем, кому понравится произведение, советую прочесть ещ «Сахарный Кремль». 

Выводы из антиутопий

Антиутопии – образ мыслей, поэтому возможность возникновения таких миров зависит от нас самих. Пророчество Платонова о смерти социализма уже сбылось, пророчество Сорокина сбывается, а для пророчества Замятина ещё все впереди. Сложно выработать единую стратегию, чтобы жизнь не стала антиутопией. Но самое главное – не бросаться из крайности в крайность, верить в любовь и почитать гуманизм.

Что ж, на этом, пожалуй, стоит заканчивать, надеюсь, что тема была интересной и не вогнала в депрессию из-за страха перед грядущим. 


Присоединяйся к нам в FacebookВК и будь в курсе свежих новостей! 

Комментарии